Постигни радость в небесах, Пиши Марию нам другую, С другим младенцем на руках. В. С. ФИЛИМОНОВУ при получении поэмы его "ДУРАЦКИЙ КОЛПАК." Вам Музы, милые старушки, Колпак связали в добрый час. И, прицепив к нему гремушки, Сам Феб надел его на вас. Хотелось в том же мне уборе Пред вами нынче щегольнуть И в откровенном разговоре, Как вы, на многое взглянуть; Но старый мой колпак изношен, Хоть и любил его поэт; Он поневоле мной заброшен; Не в моде нынче красный цвет. Итак, в знак мирного привета, Снимая шляпу, бью челом, Узнав философа-поэта Под осторожным колпаком. * * * [Увы! Язык любви болтливый, Язык неполный [?] и простой, Своею прозой нерадивой Тебе докучен, ангел мой. Но сладок уху милой девы Честолюбивый Аполлон. [Ей милы] мерные напевы, [Ей сладок] рифмы гордый звон.] Тебя страшит любви признанье, Письмо любви ты разорвешь, Но стихотворное посланье С улыбкой нежною прочтешь. Благословен же будь отныне Судьбою вверенный мне дар. Доселе [в] жизненной пустыне, [Во мне питая сердца] жар, Мне навлекал одно гоненье, [] [Иль клевету, иль] заточенье, И редко хладную хвалу. ТО DAWE, ESQr. Зачем твой дивный карандаш Рисует мой арапский профиль? Хоть ты векам его предашь, Его освищет Мефистофиль. Рисуй Олениной черты. В жару сердечных вдохновений, Лишь юности и красоты